Как это работает?

Трансферы, скауты и собственные воспитанники.

main-image


Владимир Столяров: Всем привет! С вами подкаст «Зенита» «Как это работает?». И мы продолжаем наше исследование на тему того, как устроен, как функционирует современный профессиональный футбольный клуб. Для этого мы каждую неделю приглашаем в эту студию руководителей, топ-менеджеров, ведущих специалистов футбольного клуба «Зенит», чтобы узнать, как строится работа в ключевых направлениях современного футбольного клуба. Меня зовут Владимир Столяров. И я рад представить вам нашего сегодняшнего спикера – это директор молодежного департамента по спортивным вопросам Андрей Аршавин. Андрей, приветствую! 

Андрей Аршавин: Приветствую, Володь. 

В.С.: Давайте начнем как раз с того департамента, который вы возглавляете в клубе. Как он устроен, какие его цели и задачи? 

А. А.: В состав моего департамента входят все команды, которые находятся в Академии: «Зенит»-м, «Зенит»-2. Задача одна: подготовка квалифицированных футболистов для главной команды, если нет, то вообще для всего футбола, понимая, что «Зенит» может взять к себе не всех игроков, да, и не всем дать игровую практику, поэтому в принципе мы готовы отпускать футболистов и в другие команды. 

В.С.: Если говорить о взаимодействии вашего департамента по этим самым спортивным вопросам с основной командой. Как это строится? 

А. А.: Мне посчастливилось, что Сергей Богданович меня уважает и ни разу не отказал мне во встречах, когда я его это просил. Я ему, во-первых, рассказывал, какие футболисты есть, как и что с ними нужно сделать: перевести или посмотреть. Зимой футболистов из моего департамента оказалось особенно много у Сергея Богдановича. Уже тогда я спрашивал его взгляд и его мнение, как нам поступить с ними. Вот так это и происходит, если мы говорим о главной команде. Как раз перед этой записью главная команда «Зенит» сыграла с «Зенитом»-2 на «Газпром Арене» и с нашим молодежным составом уже в Академии, потому как оказалось, что самое лучшее естественное поле, которое есть сейчас, оно находится в Академии. Но вообще у меня есть не то что мечта, а идея собрать три возраста: 2003-й, 2004-й, 2005-й год, сильнейших мальчишек, и чтобы они сыграли с основной командой. Потому что основа 5:0 или, условно, 7:0 выиграет – ей без разницы, а пацанам, которых мы считаем сильными и талантливыми, будет интересно сравнить себя вживую на поле с главной командой. 

В.С.: Давайте начнем с того, что является отправной точкой в тот момент, когда решается вопрос о покупке того или иного игрока. Это запрос тренерского штаба илиу спортивного департамента есть свои какие-то планы на этот счет? 

А. А.: В моем случае я понимаю, какие позиции нам нужны, где у нас недобор игроков, и говорю это своим скаутам: нужна такая позиция, например, левый защитник. Кстати, это оказалось большой проблемой. Вообще, крайние защитники, центральный нападающий и центральный защитник – это, наверное, во всем российском футболе глобальная нехватка квалифицированных футболистов. Даю задачу скаутам. Они, естественно, спрашивают параметры: покупаем ли мы его или берем в аренду, готовы ли мы потратить деньги, если покупаем, либо нам нужен бесплатный, нужен ли на полгода, то есть задают много вопросов. Или бывает, наоборот, я все вводные части изначально знаю и говорю им. Они смотрят: кто-то уже знает кого-то из игроков, кто-то начинает смотреть по инстату, сразу отсекая тех, у кого плохой инстат. Может быть, у кого-то есть связь с агентами, или они могут быть даже у меня, я могу им позвонить и спросить про те или иные позиции. Потом составляется список игроков, состоящий из 2-3 человек. И после, по большому счету, мы начинаем следить. Вот так мы пригласили двух игроков из УОРа, то есть первые 2-3 тура мы не то, что обозначили, а знали, что они есть, и матчи ЮФЛ показывали. Я сам смотрел, Давыдова (Анатолий Давыдов – директор Академии ФК «Зенит» - прим. ред.) тоже просил смотреть, разное мнение скаутов слышал. И плюс, когда здесь играли, уже вживую смотрел, потому что надо обязательно смотреть вживую. Но и я думаю, что один из лучших в европейском футболе – это Мончи, не скаут, а скорее спортивный директор. Я читал его интервью, где он говорил, что обязательно надо ехать и смотреть игрока вживую, а еще лучше смотреть 2-3 раза, и, может быть, это должны делать даже разные люди из клуба. 

В.С.: А вот, кстати, будь то там скаут или менеджер, сколько вообще матчей с участием футболиста он должен посмотреть для того, чтоб в клубе произнести эту фамилию? 

А. А.: Чем больше, тем лучше, но мы понимаем, что в реальном мире это невозможно. Поэтому здесь нужно доверять людям, скаутам, может быть, информаторам, друзьям, которые находятся в той или иной стране или городе. И в совокупности мнений приходить к решению вопроса. Где-то, наверное, даже рисковать, может, где-то нужно чутье. Потому что, я думаю, если тебе нужно даже игроков пять в команду, ну сколько тебе надо потратить времени на просмотр? Одно знаю, что точно не надо опираться на нарезки, потому что из любого бревна можно… 

В.С.: Можно нарезать все, что угодно. 

А. А.: Можно такую нарезку сделать, что потом ты подумаешь, что будто ты Пеле покупаешь. Ну как-то так. 

В.С.: Вот вы сказали о риске, но ведь понятно, что покупка игрока, если тем более мы говорим не о молодежных командах, а о главной команде – это большие деньги. 

А. А.: Ну естественно, это большая ответственность перед клубом, перед городом. Я бы не хотел, чтобы потом говорили: «о, привез какого-то непонятного футболиста». К сожалению, с другой стороны, я понимаю, что от ошибок никто не застрахован. И даже если спортсмен показывает фееричный футбол где-то в другом месте, потом он попадает в нашу среду. И неважно, это европеец или латиноамериканец, все равно наша страна в любом случае по быту и по всему отличается. И какие-то нефутбольные факторы могут влиять, поэтому здесь нужно просчитывать как можно больше не только футбольную сторону, ну и вообще обо всем узнавать. Как Мончи говорил: «ты должен знать по большому счету как можно больше про игрока, а лучше вообще все: бабушку, маму, какие у них отношения, чего он хочет по жизни». Но я понимаю, что так или иначе все просчитать, конечно же, невозможно. 

В.С.: А, про, скажем так, перспективные планы. Существует ли такое понятие: вот сели тренерский штаб вместе со спортивным департаментом, с руководством и наметили себе, что надо бы к концу этого сезона, к началу следующего вотна эту позицию выбрать кого-нибудь из этих двух персонажей. Так строится работа, или я как-то идеализирую этот мир? 

А. А.: У меня глобально уже есть понимание о молодежной команде, которая будет играть в следующем году. В принципе уже до нового года, примерно, я не то, что примерно, а на 80% понимаю, какой она будет. И когда я свой скелет набрасываю на флипчарте, я уже приглашаю старшего тренера Академии и говорю: вот это будет так, а сейчас нужен следующий шаг, например, мне нужно понимать, кто будет в ЮФЛ-1 тренером. Я понимаю, что каких-то игроков мне придется забрать уже в молодежку. Я должен тренеру показать, что будет с командой через три месяца: у тебя не будет этого, этого игрока, чтоб он понимал, если мы сейчас привезем других игроков, он не оценивал их лучше или хуже конкретного футболиста. Да, скорее всего, они будут, может быть, хуже, потому что у нас в принципе собраны сильные футболисты. А если бы он не знал об этом, то, естественно, приглашенных футболистов он бы не оставлял. 

В.С.: Есть же еще такая штука, как оперативная необходимость: закрыть какую-то позицию из-за травмы или ухода игрока. Есть ли возможность оперативно решать эти вопросы? Я имею в виду финансовые, организационные. Насколько оперативно можно хорошего игрока приобрести в команду? 

А. А.: Мне трудно сказать. В моем понимании: сегодня я договорился с игроком, завтра юристы приготовили контракт и максимум на третий день, а лучше на второй я его подписал. Очень важно быстро работать, потому что конкуренты не дремлют. И даже если ты, может быть даже уже и договорился, и предлагаешь чуть больше, но ты потерял время, а кто-то успел уже нажужжать. И пока ты готовишь документы, согласовываешь, спрашиваешь, игрок уже едет в другом вагоне и в другом направлении. 

В.С.: То есть получается, что большое количество звеньев в этой цепи, в общем, не к лучшему. 

А. А.: Мне кажется, оно и не нужно, и оно не к лучшему. 

В.С.: А если говорить о скаутском отделе, как, например, вы бы его себе видели? Правильно я понимаю, что желательно, чтобы были скауты по разным направлениям: условно, один по Южной Америке, другой – по Африке, третий – по Европе, четвертый – по России.

А. А.: Я думаю, да. Нужна система или сеть скаутов. Может быть, где-то нужно даже два в той же Латинской Америке или два человека, которым ты можешь доверять, спросить. Европу, может быть, даже поделить. Ну обычно делят же заграницу: Восточная Европа, Западная Европа. Азиатский рынок обязательно должен быть. Тем более сейчас иметь азиатского игрока выгодно с точки зрения маркетинга, чтобы больше людей смотрели. Может быть,как я говорил, иметь какие-то личные контакты. Очень многое строится на личных контактах. 

В.С.: Ну мы же помним, как появился в «Зените» тот же Хен Ен Мин, первый кореец, и какое количество съемочных групп из Кореи посетило невские берега. 

А. А.: А Хонду больше снимала вся Япония. 

В.С.: Да, это игрок ЦСКА. Андрей, за кем стоит самое последнее слово при решении о трансфере? Или принимается все-таки некое коллективное решение? 

А. А.: Ну здесь, видите, опять конфликт интересов: тренер, спортивный директор и президент клуба, да, а президент клуба – это, по большому счету, хозяин клуба. А хозяин должен так доверять президенту, что он должен все предлагаемое согласовывать. Но все равно все всегда в разных клубах по-разному, потому что иногда вес тренера больше, чем вес спортивного директора. Глобально они работают в единой системе, с одними взглядами.

В.С.: То есть давайте зафиксируем как раз вот эту самую точку в нашем диалоге, что скорость принятия решений – это самое главное… 

А. А.: Может быть, ключевой момент, да.

В.С.: И раздутость штата в этом смысле – это минус. 

А. А.: Ну не то чтобы раздутость штата, а то, что нет многих полномочий у одного человека. Бояться передать полномочия одному человеку или хотя бы двум, чтобы это происходило быстрее. Но очень важен, конечно, контакт главного тренера и спортивного директора, потому что, если они смотрят по-разному, это приносит проблемы и в клуб, и в команду.

В.С.: Давайте поговорим об институте аренды игроков, тем более как раз для «Зенита» - это вещь важная. Вот на ваш взгляд, насколько этот арендный институт работает?

А. А.: Ну смотрите, сейчас идет тенденция того, что все богатые клубы имеют сеть. То есть условно у «Манчестер Сити» у них есть команда в МЛС, где он там может собирать игроков более низкого уровня, не готовых пока еще играть за «Манчестер Сити», с Южной Америки, потому что им там ближе, знакомый менталитет и так далее. Они имеют, допустим, команду в Голландии, в Азии. И вот эта сеть позволяет ему, во-первых, иметь больше игроков в своем поле зрения и их распределять. Что касается России, то практически никто не хочет брать в аренду игрока просто играть, то есть сейчас формируется такая форма, когда клуб у тебя выкупает, и потом просто закрепляет за тобой право выкупать за определенную цену. Вот такая существует форма в плане аренды. Ну или есть еще вариант отдавать в аренду лояльным к тебе командам, но сейчас это мало работает. 

В.С.: А вы сказали про сети, да. Не секрет, ведь часто говорят, что есть у «Зенита» команды, скажем так, дружественные. В частности, футбольный клуб «Сочи», в котором большая половина состава – это бывшие игроки «Зенита». Вот такой вариант может рассматриваться? 

А. А.: Так сложилось, что у «Зенита» было много игроков, у «Сочи» был недобор квалифицированных игроков, чтобы играть в Премьер-Лиге. Поверьте мне, также условный «Арсенал», если вы посмотрите, со «Спартаком» хорошо договаривается, но это понятно, потому что там люди просто работают в этих двух клубах. 

В.С.: То есть это не система, а просто так сложилось?

А. А.: Это система, и здесь нет той же паутины. Даже условно «Оренбург», в котором у нас тоже достаточное количество игроков, особенно молодых. У «Оренбурга» такой же спонсор, как у «Зенита». В этом тоже нет какой-то системности и какого-то одного управленческого смысла. 

В.С.: А если взять такую дилемму. Поскольку приобретают ведь не только опытных игроков, приобретают и молодых, на перспективу. Какой путь, на ваш взгляд, более правильный: покупка молодых перспективных игроков или же все-таки воспитание собственных кадров в недрах той же Академии? 

А. А.: Да. В принципе мы все хотим, чтоб гегемония «Зенита» не прекращалась и «Зенит» был таким же клубом, как «Ювентус» в Италии, как «Бавария» в Германии. Но мне лично хотелось бы, чтобы «Зенит» становился чемпионом с вкраплением молодых футболистов. И я уверен, что это можно сделать. Что для этого нужно? Во-первых, чтоб все лучшие таланты в стране были в «Зените». И тогда, мне кажется, сильные игроки, самые лучшие игроки своего поколения, своего возраста в России могут претендовать на место в главную команду. Ну и, конечно, необходима гибкость главного тренера, чтобы он искал моменты, когда можно давать футболистам время. Проявят они себя или нет, это уже, конечно, будет зависеть от них, но шансы они обязаны получать. 

В.С.: А вообще воспитание футболистов, и, скажем, их последующая продажа или аренда – это вообще может, особенно для «Зенита», восприниматься как какая-то часть бизнеса? 

А. А.: Конечно, хотелось бы, и такая задача стоит у нашего департамента. Мы сами ее, по-моему, себе поставили, и, может, она даже несбыточная – стать самоокупаемыми. Для этого нужно продавать футболистов. И в этой пирамиде без задействования главной команды невозможно, то есть невозможно продать игрока из «Зенита»-2 за большие деньги. Он так или иначе должен быть заигран или засвечен в главной команде. Раз мы работаем в клубе, на мой взгляд, мы должны нашим пацанам, особенно тем, кто к нам относится лояльно, давать возможность, но мы не должны обещать того, что он точно будет играть. 

В.С.: Ну, это и невозможно.

А. А.: Но талантливым ребятам мы должны находить шансы заиграть здесь, потому что, правда, многочисленные переговоры, которые у меня состоялись за эти девять месяцев привели к мнению, что деньги пацанам уже неинтересны. Это уже не является для них аргументом, который перевешивает их спортивное будущее. 

В.С.: То есть все-таки для них важна перспектива именно игровая. 

А. А.: Ну она важнее становится для ребят. 

В.С.: Перспектива стать большим футболистом. 

А. А.: Да. 

В.С.: Андрей, резюмирую: какой в идеале должна быть стратегия спортивного развития клуба мы нарисовали, но если попытаться соединить идеал с современными реальными вещами нашего мира, на ваш взгляд, какой самый перспективный путь развития спортивной деятельности ФК «Зенит»? 

А. А.: Мы должны понять, в какой точке футбольного мира находится «Зенит». Если мы хотим быть топ-клубом, сейчас надо, я не знаю, полмиллиарда зарабатывать в год. «Зенит» этого не может себе позволить с точки зрения фейр-плей. Следовательно, нам нужно работать, принимать модель условного «Лейпцига», который тоже находится вверху, но, имея у себя большие таланты, у него есть возможность их развивать, плюс он зарабатывает на них и в принципе создает борьбу и в Лиге Чемпионов, и в своем чемпионате. Следовательно, покупать дорогих игроков, как бы нам не хотелось, мне кажется, не совсем правильно, потому что здесь и сейчас «Зенит» выигрывает. Последние два, три года в России наша главная команда доминирует, но чтобы работать на одном уровне с топ-клубами Европы, к сожалению, нашего ресурса уже мало. Практически все команды, которые мы встречаем в Лиге Чемпионов, богаче «Зенита». 

В.С.: Ну что ж, нам остается пожелать, чтобы удача, фарт и ситуации, когда все складывается, были с нами почаще. Итак, друзья, с нами сегодня был Андрей Аршавин, директор молодежного департамента по спортивным вопросам. Меня зовут Владимир Столяров. До встречи в следующей серии подкаста «Зенита» «Как это работает?».